Бикарбонат натрия, лимонная кислота, кукурузный крахмал, масло ши, пропиленгликоль, кокамидопропилбетаин,  парфюм, краситель пищевой, блёстки минеральные (слюда), мыло, вода, резиновая уточка.

Срок годности: 24 месяца.

Поместить в наполненную теплой или горячей водой ванну. Чтобы получить легкую пену в ванне, нужно твердую пену из бомбочки подставить под струю воды. Количество пены зависит от напора воды.

В тени кокосовых пальм, под ленивым шелестом ветра и звонким смехом прибоя, на Бали время текло иначе — будто в ритме дыхания океана. Утро начиналось с медитации. Воздух был густой, наполненный солнцем, ароматом жасмина, соленого тумана и чего-то ещё — сладкого, пряного, как манго, только мягче.

Она приехала на Бали, чтобы найти тишину внутри. Он — чтобы словить волну длиной в свободу. Она стояла на скале с закрытыми глазами, когда он впервые увидел её. Как будто и правда медитировала, но вся сияла — изнутри. Он не подошёл. Просто запомнил — этот образ, эту тишину в человеке.
Они встретились снова на серф-пляже. Он смеялся, неловко падая с доски, а она учила дышать волной.

— Ты не борись. Сначала слушай.
— Я не умею слушать.
— Начни с океана.

И вот уже каждый день начинался вместе: с восходом, йоги, чашки тёплой воды с лаймом — и тихих разговоров на границе сна и рассвета. Вечером — серфинг. Потом закаты. Потом долгие ужины в маленьком кафе с бамбуковыми столами и гирляндами, что трепетали, как их внутренние огоньки.

Однажды она сказала:
— Я хочу, чтобы вкус одного момента остался навсегда.
Он принес ей десерт. Панакоту с манговым пюре.
Молочный, нежный, тающий. Манго — спелый, сочный, будто солнце, растаявшее на языке.

Она взяла ложку, закрыла глаза.
— Это как первый поцелуй.
— Сладкий?
— Солнечный. И такой, что навсегда.

Они целовались под звёздами. На губах остался вкус манго и панакоты — как обещание чего-то настоящего. Как якорь в этом мире свободы.

Потом были дожди. И расставание. Он уехал — за волнами, она осталась — за собой. Но в каждом утре, в каждой чашке воды с лаймом, в каждом вдохе на йоге — они всё ещё были.
И когда она снова заказывала панакоту с манго — сладость накатывала, как волна. И на губах оставался не просто вкус. А история. Про любовь, которая случилась на Бали — как десерт после заката. Тихо, нежно. Навсегда.